В детстве я была ужасно бездарным ребёнком. То, что я рано научилсь читать и считать - это всё мелочи. В детстве я не смогла угадать, на что похожа одна половинка яблока.
Дело было так.
Как-то летом, после моего первого класса, что ли, маман приехала в Калинин (где я гостила у деда) , у него был свой дом на окраине города и там мы с двоюродной сестрой прекрасно проводили время. А ещё мы ходили гулять к реке и лазили по стройке. Дедушка очень не любил ездить в город, потому что ему приходилось работать в огороде ( там ещё был чудесный вишневый сад), а телевизор в те времена показывал всего три канала. Дедуле было откровенно скучно. Ещё скучнее ему было гулять с маман и бабушкой у реки. Но в тот раз маман очень сильно хотела вывести его подышать свежим воздухом, и деду пришлось пойти на хитрость.
- Я позанимаюсь с ребенком, - сказал дед Павел .
Ребенок, то есть я, жевал шоколадку и не подозревал, что ему грозит. Ребенок имел совсем другие планы - несколько дней назад на стройку привезли бетонные плиты (чтобы наконец огородить её от нас, но мы об этом тогда не знали) и с них было очень прикольно прыгать.
- Ну, хорошо, - согласилась маман и ушла. Она считала, что я веду слишком активный и бессмысленный образ жизни.
Я осталась один на один с дедулей, шоколадкой и советской книжкой с ребусами и загадками для детей, которую он случайно нашёл в книжном шкафу.
Математические загадки мне нравились - на них я могла давать ответ, не задумываясь, а задумываться, когда за окном лето, солнце и стройка очень сложно.
Логические загадки давалась мне уже трудней - приходилось отвлекаться от блаженной мысли о стройке.
И вот дед Павел зачитал очередной вопрос для юных дарований: "На что похожа одна половинка яблока?"
Я к тому времени приобрела бесценный опыт, который гласил, что в этой злосчастной книжке все вопросы с подвохом. Значит, ответ "на одну половинку клубники" не годился, решила я. Может, на луну?
Оказалось, что нет, не на луну, не на крышу обсерватории и даже не на половинку апельсина.
- Ну, что же ты?... - сказал дед.
Ну-что-же-я вернулась мыслями с бетонных плит.
- На половинку груши? - с надеждой спросила я, понимая, что ответ мой противоречит всякой логике, но книжка, повторюсь, очень подозрительная.
- Нет, - ответил он, что было очень логично и моей картины мира не нарушало, поэтому я легко смирилась с пораженим.
- Сдаешься?
Гулять я хочу, гулять! Дедуля, ты вообще в курсе, что это тебе свежий воздух вреден, а мне он очень даже полезен. Конечно, сдаюсь.
Так вот. Все советские дети, кроме таких долбодятлов, как я, знали, что одна половинка яблока похожа на другую половинку яблока.
Я спрыгнула с плит пятнадцать раз, прежде чем смогла забыть о своём позоре.
